Начальная страница
Части книги:
>Часть I.
Часть II.
Часть III.
Часть IV.
Часть V.
Предыдущая страница Следующая страница

Если бы это было не так, мы не бросались бы, не раздумывая, спасать чужого ребенка в горящем здании или котенка, тонущего в реке; мы никогда не отдавали бы добровольно свои жизни ради спасения жизней других.

Однако на практике, когда негативные чувства бушуют и одна эмоция сменяется другой, трудно определить, что в нас первично, мысль или чувство. Для Мастера в этом затруднений нет. Мастер — предсказуем. В самых тяжелых жизненных ситуациях он всегда выбирает одно и то же — любовь. Любого человека, кем бы он ни был и что бы ни натворил, Мастер встретит словом утешения, лаской, доброжелательностью. Про такого человека заранее знаешь — он не оскорбится на случайно вылетевшее непродуманное слово, не отвернется от тебя из-за ужасного проступка. Подмастерье — непредсказуем. Никогда не угадаешь, из-за чего может разгневаться или обидеться недалекий человек и начнет бомбардировать тебя негативными сенсомыслеобразами, не подозревая о том, что он творит. Объяснить ему это невозможно, поэтому остается одно — соблюдать предложенную Иисусом «технику безопасности жизни», проявляя к окружающим неподдельное уважение и симпатию.

Мастер, говорится в трилогии Н.Д. Уолша, всегда задает себе вопрос: как сейчас поступила бы любовь? Задавали ли этот простой житейский вопрос богословы, теософы, философы, создавая свои теории? Даже утописты говорят о справедливости, гуманизме, добре, да и поныне модны расплывчатые понятия «расширенное сознание», «духовность», «духовное рождение свыше», «стяжание благодати Святого Духа», не подозревая, что Святой Дух, духовность, благодать это и есть одно-единственное незамысловатое и сложнейшее чувство — просто Любовь. Духовность — это любовность.

— c. 53 —

Добро и справедливость без простой, незатейливой любви к каждому человеку есть утонченное зло, прямое следствие которого — то общество, в котором мы живем. Без любви есть добро и справедливость для определенных групп людей и лишения — для других. Без любви добро надевает маски.

Величайших святых всех народов и конфессий объединяет одно: они умели любить сами — всех без исключения людей и природу. С их рук кормились дикий медведь и на плечо садились пугливые птицы. Там, где они появлялись, людей охватывал пожар любви. Это тот огонь, который Иисус так мечтал низвести на землю. Чувством (духом) они уподобились Богу и получили внутреннюю свободу и могущество изменять материальный мир. Они были настолько свободны и поэтому счастливы, что им было скучно пользоваться своим могуществом ради возвеличивания себя и создания для себя материального богатства. Все материальное стало для них неважно, так как они стали со-часть-ливы с людьми и Творцом. Когда возникала потребность в материальных благах, они просто откуда-то брали их, или создавали, или люди сами с радостью делились с ними тем, что у них есть.

Вероятно, такие люди придумали слово алхимия, потому что не было никакой возможности объяснить современникам, что материальное можно сотворять духом, управляя своими вибрациями.

Все святые признали беспомощность разума в познании любви. Что такое любовь, невозможно объяснить, ее можно только пережить, сравнив с тем, что не есть любовь. Познав добро и зло. В их учениях поныне ищут философскую глубину вместо глубины одного-единственного простенького и таинственного чувства.

— c. 54 —

Яндекс.Метрика